Творческий подъем Байрона и его произведения 1816-1820 гг.

После отъезда Байрона литературная полемика вокруг него заметно обострилась и приняла неблагоприятный для него оборот.

То же «Эдинбургское обозрение», высоко оценившее «Паломничество Чайльд Гарольда» и «восточные поэмы», стало все резче отзываться о новых его произведениях. Причем замечания литературно-критические, сами по себе, может быть, и справедливые (их, в частности, разделял Пушкин), высказывались заодно со злобно-пристрастными нападками, имевшими нравственную, религиозную и политическую подоплеку.

Сложность внутреннего состояния и общественного положения поэта отметил тогда Вальтер Скотт, который подружился с Байроном и, расходясь с ним в конкретных литературных или политических мнениях, увидел в нем «удивительное сочетание свойств, называемых поэтическим темпераментом».

«Да, — говорил Скотт, — лорд Байрон больше, чем кто-либо иной на свете, имеет право претендовать на такой темперамент во всей его силе и со всеми его слабостями, с его безграничной жаждой наслаждения, с его изощренной чувствительностью к радости и к скорби».

Именно в эту пору Байрон переживает период необычайного творческого подъема. В 1816—1818 гг. он создает новую лирику, в частности «Монодию на смерть Шеридана», «Стансы к Августе»; пишет поэму «Шильонский узник», заканчивает «Паломничество Чайльд Гарольда», пишет драматическую поэму «Манфред», историческую поэму «Мазепа», поэму «Жалоба Тассо», так называемую «венецианскую повесть» в стихах «Беппо», в которой развивает намеченный в «Чайльд Гарольде» принцип «свободного», «открытого», как бы у читателя на глазах выстраивающегося поэтического рассказа. Этот принцип получил самое развернутое воплощение в тогда же начатой эпико-сатирической поэме «Дон Жуан».

Все это время Байрон путешествует: объезжает Швейцарию, Альпы, перебирается в Италию, посещает Рим и Болонью, живет в Венеции, Равенне, Пизе и Генуе.

Его поэзия представляет собой путевой дневник, тем более насыщенный, что поэт всматривается в континентально-европейскую обстановку, в ее различные «климаты», как он сам говорил.

Тогда Европа остывала после наполеоновских войн и в то же время на европейском континенте назревали новые революционные события. В 1820 г. Байрон принимает посильное участие в восстании итальянских карбонариев, пытавшихся сбросить гнет австрийской монархии, Священного союза.

Вел себя поэт отважно и даже героически, но все-таки его участие в политической борьбе носило экспериментально-пробный характер: то были истинно романтические странствования в поисках вдохновения, свободы, гармонии, что́ понял Пушкин, уже распрощавшийся к тому моменту с романтическими иллюзиями.

Иcтopия вceмиpнoй литepaтypы: в 9 тoмax / Пoд peдaкциeй И.C. Бpaгинcкoгo и дpyгиx - M., 1983-1984 гг.