На главнуюКарта сайтаНаписать письмо
Полезная информация о русском языке, культуре речи, литературе и современном литературном языке на портале Textologia.ru
Сайт – энциклопедия по литературе и русскому языку, библиотека полезных материалов и статей по филологии
Текстология.ру - открой мир знаний и образования
Что означает выражение «мухи не обидит»?
Когда речь идет о безобидном человеке, то о нем нередко говорят, что такой и «мухи не обидит». Это...
13 неизвестных знаков препинания, которые мы можем использовать
Чаще всего в письменной речи мы используем такие знаки препинания, как запятая, точка, восклицательный и вопро...
Зачем нужны словари русского языка? Виды словарей
На тему грамотности написано немало статей. И каждый автор непременно касается темы словарей, и насколько важн...

От священного знания к бабушкиным сказкам

От священного знания к бабушкиным сказкам

Другая линия эволюции мифа в фольклорные жанры – это сказка. Принципиальное отличие сказок от мифа и от героического эпоса связано с тем, что сказкам никто, в том числе малые ребята, не верит. Выдающийся исследователь фольклора В.Я.Пропп писал: "Сказка есть нарочитая и поэтическая фикция. Она никогда не выдается за действительность"; сказка – это "мир невозможного и выдуманного". Неслучайна поговорка Рассказывай сказки, т.е. `ври больше`.

В сказочной традиции складывались специальные показатели неправдоподобия (шутливо-абсурдистского, алогичного характера). Чаще всего они встречаются в присказках-зачинах или в концовках сказок. Ср. зачин русской сказки, записанной в 30-х гг. XX в.:

В невкотором царстве, в невкотором государстве, в том, в котором мы живем, под номером сядьмым, иде мы сядим, снег горел, соломой тушили, много народу покрутили, тем дела не ряшили. Ср. концовки: На той свадьбе и я был, вино пил, по усам текло, во рту не было. Надели на меня колпак да ну толкать; надели на меня кузов: "Ты, детинушка, не гузай, убирайся-ка поскорей со двора"; Вот и сказка вся, дальше врать нельзя.

Главные изменения мифа на пути к сказке касались не столько содержания, сколько отношения людей к этому содержанию и, следовательно, социального назначения, функций этого текста.

Волшебная сказка выросла из мифов, которые включались в обряды инициации*, т.е. в ритуалы, связанные с посвящением (переводом и переходом) юношей и девушек в возрастной класс взрослых. В самых различных культурах инициация включала те или иные испытания, преодоление которых и должно привести к резкому повзрослению подростка (например, несколько дней и ночей провести в диком лесу; выдержать схватку с диким зверем, злым духом или "условным противником"; перенести боль, например, посвятительной татуировки или обрезания; пережить ряд пугающих событий и иные потрясения). В мифолого-обрядовой глубине такие испытания мыслились как смерть и новое рождение человека, уже в новом качестве.

* От лат. initia – начинать; посвящать, вводить в культовые таинства (в мистерии).

Легко видеть, что волшебная сказка состоит именно в серии испытаний, которые преодолевает герой. Иногда испытания включают и смерть (путешествие в подземное царство, или смерть на поле брани с последующим оживлением живой и мертвой водой, или "купание" в трех кипящих котлах и т.п.), но заканчиваются свадьбой – т.е. герой вступает в мир взрослой жизни. По-видимому, мифы инициационных ритуалов строились на уподоблении тех, кто проходит посвящение, героям-первопредкам, добытчикам всех природных и культурных благ племени.

Однако "по мере движения от мифа к сказке сужается "масштаб", интерес переносится на личную судьбу героя. В сказке добываемые объекты и достигаемые цели – не элементы природы и культуры, а пища, женщины, чудесные предметы и т.д., составляющие благополучие героя; вместо первоначального возникновения здесь имеет место перераспределение каких-то благ, добываемых героем или для себя, или для своей ограниченной общины. <...> мифологический космос отчасти заслоняется "семьей" <...>".

Становясь сказкой, мифы утрачивают связь с ритуалом и магией, они теряют эзотеричность (т.е. перестают быть "тайным" знанием посвященных) и поэтому теряют в волшебной силе. Переходя в сказки, вчерашние мифы перестают ощущаться как оберег, как амулет. Их рассказывают запросто, а не в специальных ситуациях. И слушать их может кто угодно. Совсем иначе сообщался рассказ, обладавший магическим значением, т.е. миф, даже в тех случаях, если это не общеплеменная святыня, а миф индивидуальный, нечто вроде словесного личного амулета.

В.Я.Пропп приводит слова исследователя о том, каким образом в начале XX в. индейцы передавали амулет преемнику: "Каждая такая церемония и каждая пляска сопровождались не только своим ритуалом, но и рассказом о происхождении его. <...> Такие рассказы были обычно личной собственностью держателя или владельца узелка или пляски и, как правило, рассказывались немедленно после исполнения ритуала или во время передач собственности на узелок или на церемонию его следующему владельцу. <...> Таким образом, каждый из этих рассказов был эсотерическим.

Вот отчего с величайшими трудностями что-либо похожее на этиологический рассказ как целое может быть получено. <...> Запрещали и соблюдали запрет не в силу этикета, а в силу присущих рассказу и акту рассказывания магических функций. Рассказывая их, он (рассказчик) отдает от себя некоторую часть своей жизни, приближая ее этим к концу. Так, человек среднего возраста однажды воскликнул: "Я не могу тебе сказать всего, что я знаю, потому что я еще не собираюсь умирать". Или, как это выразил старый жрец: "Я знаю, что мои дни сочтены. Моя жизнь уже бесполезна. Нет причины, почему бы мне не рассказать всего, что я знаю".

Сказки о животных развились из мифов о животных – путем "циклизации повествовательного материала вокруг зооморфного трикстера*, теряющего сакральное значение". Как и в истории волшебной сказки, трансформация мифов в сказки о животных состояла в утрате ритуально-магического значения таких рассказов, зато в развитии их эстетических, игровых, познавательных функций.

При этом этиологическая значимость мифа уступала место более простому и реальному знанию повадок зверей, за которыми, однако, со временем все более стали просвечивать типы человеческих характеров (хитрая лиса, простодушный медведь, болтливая сорока и т.д.). Комические мотивы (шутки, насмешки, передразнивание) – свидетельство позднего характера мифа или сказки. "Классическая" мифология целиком серьезна, комическое возникает лишь на последних этапах перехода мифа в фольклор.

* Трѝкстер (от англ. trickster – обманщик, ловкач) – термин фольклористики и исследований по мифологии; в поздних мифах это первобытный плут, он противостоит, неудачно подражает и мешает культурному герою. К таким персонажам восходит Ворон и Койот в мифологии американских индейцев, хитрая Лиса в русских сказках о животных.

Мечковская Н.Б. Язык и религия — М., 1998 г.

Другие статьи по теме:
Как начинают колдовать? (Психологические механизмы фасцинации)
В ряду фольклорно-мифологических жанров заговор представляет собой наиболее прямое и ...
Кто колдует и к кому обращен заговор?
В чем неопределенность творящего заговор (его адресанта)? Во-первых, неясно, он "простой" человек или колдун. Способност...
События и новости культуры и образования:
Минпросвещения создаст 800 лабораторий для колледжей и привлечёт педагогов для детей мигрантов
22.05.2019
Ольга Васильева рассказала Дмитрию Медведеву о модернизации учебных классов в технику ...
Ольга Васильева призвала больше внимания уделять обучению, а не рейтингу
21.05.2019
На встрече с журналистами Министр просвещения рассказала, что цель ее ведомства предо ...
Сообщить об ошибке на сайте:
Сообщить об ошибке на сайте
Пожалуйста, если Вы нашли ошибку или опечатку на сайте, сообщите нам, и мы ее исправим. Давайте вместе сделаем сайт лучше и качественнее!
 
Что означает выражение «Ахиллесова пята»?
Очень часто, используя устоявшиеся идиомы и фразеологизмы, мы даже не задумываемся об их происхождении. В наше...
Сочинение на тему: Образы помещиков и их «мертвых душ» в поэме Н.В. Гоголя
В поэме «Мёртвые души» Н. В. Гоголь продемонстрировал читателям яркие типажи помещичьего сословия....
Предсоветский период поэтического творчества А.А. Ахматовой
В ранней ахматовской поэзии отсутствует понимание народной жизни, в ней нет образа России; приметы этого образ...
Трансформации волшебных сказок – часть 4
Для примера мы проследим все возможные изменения одного элемента, а именно — избушки Яги. Морфологически...
Области творчества сказочника
Психология сказочника, психология творчества его, как часть психологии творчества вообще должна изучаться само...
2011 - 2019 © Интернет-журнал Textologia.ru — сайт русского языка, литературный портал Текстология. Помощь в изучении лингвистики, современного русского языка и литературы.
Администрация не несет ответственности за достоверность информации, опубликованной в рекламных материалах на сайте. Копирование, перепечатка и другое использование материалов сайта возможны только с письменного разрешения администрации.